Полковник милиции в отставке Валерий Воробьев посвятил 45 лет своей жизни службе, ловле маньяков и раскрытию десятков тяжких преступлений. Судя по всему, у Валерия Михайловича Воробьёва на роду было написано продолжать семейную традицию служить людям и беречь покой страны. Его дедушка по матери, Николай Александрович Бураков, родом из Нижнетавдинского района, по заданию ВЧК еще в 1919 году возглавил первый милицейский отряд, который воевал с колчаковцами. Из далекого детства Валерий вспоминает висевшую в сенях его бекешу, порубленную вражеской саблей, и помнит, как дед лечил раны на сапропелевых грязях озера Ахманка. Отец Валерия, Михаил Иванович Воробьёв, 1925 года рождения, после окончания школы младших офицеров в 1943 году воевал на фронтах Великой Отечественной войны командиром взвода разведки.
Однажды его группа нарвалась на вражеский кордон, и в завязавшемся бою осколками фашистской гранаты ему перебило ногу и ключицу. После лечения в госпиталях (за год до конца войны) его направили в только образованную в освобожденной Риге школу МГБ, а потом – в специализированный отряд милиции. Вместе с сослуживцами он выявлял так называемых «лесных братьев» и армейских дезертиров, домой же вернулся только в 1947 году.
После окончания десятилетки Валерий год проработал сборщиком на заводе, а отслужив в зенитно-ракетной части под Ишимом, в звании сержанта вернулся в Тюмень. Перед ним не стоял вопрос о выборе профессии – она сама его нашла. Крепкий и смышленый парень пополнил ряды милиции. 2 декабря 1975 года его назначили на должность участкового инспектора Центрального РОВД Тюмени, вручили погоны старшины милиции и отмерили «подшефный» участок – так называемые «Сараи» в створе улиц Малыгина, Герцена и Красных Зорь. Это сейчас там красуются жилые высотки, а в конце семидесятых господствовал частный сектор и вездесущие бараки. Острый на язык наблюдательный народ прозвал район «Сараями» потому, что при каждой такой «вороньей слободке» с печным отоплением «красовался» сарай-дровяник.
На памяти Валерия Михайловича – первое задержание опасного преступника, числившегося в розыске за тяжкие преступления. За этим не совсем адекватным мужчиной числилось несколько разбойных нападений, грабежей, и он представлял серьезную угрозу обществу.
Ресторан тогдашней гостиницы «Заря» на углу улиц Володарского и Первомайской днем работал как обыкновенная столовая, и Воробьёв зашел пообедать. Поесть не получилось. За одним из столиков он опознал матерого преступника. Тогда не существовало не только мобильных телефонов, но и не у всех милиционеров были радиостанции, чтобы вызвать коллег на помощь. Не оказалось у старшины при себе и табельного оружия. Жулик явно не желал сдаваться и при задержании яростно сопротивлялся.
– В пылу сражения он мне изорвал новенькое меховое пальто, но я его всё равно скрутил и доставил в отдел. А опытные оперативники потом удивлялись, как мне удалось «голыми» руками задержать и притащить в отдел такого лба, – вспоминает ветеран.
Через четыре месяца Валерия Михайловича командировали в Чебоксары, где он прошел переподготовку на полугодовых курсах участковых инспекторов. Вернувшись в Тюмень, перевелся на должность инспектора уголовного розыска, а знание людей на территории очень ему пригодилось в дальнейшей службе. Опер Воробьев (в центре) с сослуживцами. Фото из архива В. Воробьева. Автор неизвестен.
С разработкой нефтяных и газовых месторождений Тюмень в начале семидесятых годов стала перевалочной базой транзитных работников-вахтовиков, за очень приличную по тем временам зарплату осваивавших Север. За вновь испеченным участковым уполномоченным Воробьёвым закрепили территорию «Сараев». Далеко не все их обитатели вели праведный образ жизни: не работали, пьянствовали и содержали притоны, где процветали грабежи, разбои и даже убийства. Криминал знал о доходах вахтовиков и с помощью «чар» легкодоступных женщин заманивал в притоны, где убивал и чистил карманы любвеобильных нефтяников. «Урожайным» на убийства выдался 1978 год, когда сыщикам только Центрального района Тюмени удалось раскрыть 38 умышленных убийств.
В начале зимы прохожие на улице Малыгина нашли в сугробе труп полураздетого мужчины с множественными ножевыми ранениями и обезображенными частями тела. Работая по этому уголовному делу, оперативники «подтянули» свою агентуру и вышли на убийц. Как выяснилось, погибший мужчина работал летчиком на Севере и, будучи проездом в Тюмени, познакомился с девицами, которые притащили его в притон. Когда у него закончились деньги на спиртное, его просто убили ударом ножа, а тело обезобразили негашеной известью, погрузили в санки, вывезли за ограду на улицу и прикопали в снегу.
В награду – болгарская медаль «За заслуги»
В рамках межправительственных договоров в семидесятых годах поездки болгарской молодежи на заработки в СССР и Западную Сибирь, в частности, были распространенным явлением. С 1970-х по конец 1980-х годов в Тюменской области проживало около четырех тысяч болгар. Самые крупные группы от компании «Главболгарстрой» работали в Тюмени, Сургуте, Нижневартовске, Урае и Надыме, где построили немало жилых районов, рабочих поселков, объектов нефтяной инфраструктуры, несколько деревянных домов в военном городке, а в районе Дома обороны – целый городок из многоэтажных домов, которые так и называются в народе «болгарскими». По сравнению с тюменцами, у них была более высокая зарплата, что просто не могло не привлекать криминал.
– В 1978 году мне с коллегами довелось раскрыть и первое в области убийство иностранцев. Двух болгар-строителей, работавших по контракту в Тюмени, девицы заманили в притон. Иностранные гости отдыхали в сомнительной компании и не поделили женщину с собутыльниками, которые их и зарезали. Инсценировав ограбление, убийцы выбросили тела на улицу, – вспоминает оперативник.
За раскрытие этого двойного убийства Валерию Михайловичу от имени тогдашнего Генерального секретаря ЦК компартии Болгарии Тодора Живкова вручили болгарскую медаль «За заслуги». Сотрудники УВД города Тюмени, 80-ё год. Фото из архива В. Воробьева. Автор неизвестен.
Погоня зимой за рецидивистом в частном секторе «Сараев» смутила бежавших за ним оперативников. Они видели, как злодей метнулся за угол и исчез, перемахнув через жерди ограды. Сыщики осмотрели округу. В сугробе за оградой виднелось только небольшое углубление – присыпанная снегом лунка. Тайну исчезновения беглеца разгадали быстро. Как оказалось, он, словно тетерев, нырнул под снежный наст и прополз под ним около 50 метров, где сыщики его и повстречали.
Иногда, чтобы проверить обитателей притонов, стражам правопорядка приходилось пускаться на хитрость и применять неординарные психологические методы. Однажды милиционеры нагрянули в частный домишко, где, казалось, нет никого. Но закуска на столе была еще горячей. Оперативники поняли, что обитатели где-то спрятались, и нужно было выманить их из укрытия. Валерий Михайлович громко пригрозил, что прямо сейчас спалит притон, и в шутку попросил коллегу отправиться за сеном.
Угроза подействовала, и чтобы сдаться, из чердачной голубятни горохом высыпали прятавшиеся там собутыльники.
Случается, что страшную находку – тело человека – в мусорном баке обнаруживают дворники, мальчишки или бездомные.
В конце семидесятых Тюмень потрясло небывалое и дикое преступление. Ребятишки, искавшие проволочки у школы по улице 50 лет Октября, наткнулись на торчавшую из мусорного бака отрезанную по плечо детскую руку. Вторую руку дворник нашел возле Дома обороны. Как потом оказалось, эти части тела принадлежали пропавшей без вести пятилетней девочке, жившей с матерью в частном доме за Дворцом пионеров. Вся милиция и прокуратура были подняты по тревоге и сконцентрировались на поиске убийцы. Тогда впервые в практике уголовного сыска применили сетевой график подворно-поквартирного обхода. Милиция буквально прошерстила всю округу дома пропавшего ребенка. Сыщики предполагали, что убийца мог закопать труп на приусадебном участке. Служебно-разыскная собака ничем не могла помочь в поиске трупа ребенка, и кто-то из опергруппы вспомнил о домашней свинье с чутким обонянием, способной искать даже подземные грибы-трюфели.
Выпущенная в огород необычная «ищейка» одного из участковых милиционеров помчалась по участку и, перерыв всю землю, нашла… кошачьи останки.
Однако раскрыть убийство девочки помогла наблюдательность молодой тюменской учительницы, которая и сама едва не стала жертвой нападения. Ей удалось отбиться от налетчика и запомнить необычный воротник рубашки преступника. Перебирая в памяти, где она могла его видеть, женщина вспомнила: такой ворот был у массовика-затейника и гармониста в одном из тюменских клубов.
Сыщики заинтересовались его персоной и даже нашли свидетелей, которые видели, что он всегда ходил в поселковый клуб с кофром для баяна, а однажды приехал с простым чемоданом. Подозреваемого задержали, и он сознался в совершенном преступлении.
Как выяснилось, время от времени он останавливался в частном доме у своей подруги, что жила по соседству с пропавшей девочкой. Малышка знала его и бесстрашно подошла, когда он пьяный подозвал ее к себе. Затащив несчастную в дом, злодей ее изнасиловал и, скрывая следы преступления, задушил. Расчленив тело, сложил части в чемодан и разбросал руки-ноги по мусорным бакам в разных частях города. Туловище он привез в один из загородных поселков и вместе с чемоданом утопил в Пышме у нового моста. Убийца не дожил до суда. В следственном изоляторе его удавили сокамерники.
На месте современного Цветного бульвара Тюмени в двадцатых годах был городской сад, а к сороковым его назвали Центральным парком культуры и отдыха. В нем были летний кинотеатр, пивнушки, бильярдная, фонтан с журавлем и памятник Пушкину. В послевоенное время густые заросли парка облюбовали воры-карманники, хулиганы и налетчики, а к 1980 году и извращенцы. Осенью в куче опавших листьев дворники нашли тело обнаженного парнишки лет двенадцати со следами сексуального насилия. Подозрение пало на педофила Суглобова, убившего и расчленившего пятилетнюю девочку, но из-за ошибки эксперта было утрачено очень важное вещественное доказательство. За три месяца непрерывной работы по поиску потенциального убийцы-извращенца тюменским оперативникам удалось выявить около 160 граждан с нетрадиционной сексуальной ориентацией, которых привлекли к уголовной ответственности по ст. 121 УК РСФСР («мужеложство»). Среди них оказалось несколько преподавателей вузов, медицинских работников, артистов и даже… милиционеров. Но убийство парня так и осталось нераскрытым.
К началу девяностых Валерия Михайловича с должности замначальника Ленинского РОВД по оперативной работе назначили начальником уголовного розыска ОВД города Надыма. Там, как и везде по стране, криминал делил сферы влияния. Преступные группировки занимались вымогательством и пытались захватить рестораны, бары и другие доходные места. Известен случай, когда несколько вооруженных рэкетиров пришли к бармену за деньгами, а тот всех тут же перестрелял из ружья.
К 1992 году криминогенная обстановка накалилась и в городе Нягани, где в переделе всех рынков враждовали этнические группы выходцев с Северного и Южного Кавказа. В это трудное время Валерий Михайлович по приказу начальника областной милиции возглавил ОВД города Нягани. Для наведения порядка он приглашал даже бойцов тюменского ОМОНа, потому что местные милиционеры остерегались мести и не могли противостоять разгулу криминала. Кстати, с приходом Воробьёва на пост начальника городской милиции преступные авторитеты покинули город.
С конца девяностых полковник милиции Валерий Михайлович Воробьёв на заслуженном отдыхе. Он с благодарностью вспоминает своих сослуживцев и учителей, с кем довелось работать в сложное для страны время. Семья Владимира Михайловича, практически жившего на службе, относилась к ситуации с пониманием. Не так давно супруги отметили 50 лет совместной жизни.
Материал опубликован в печатном номере газеты «Тюменская область сегодня» №193 (6666) от 20 октября 2026 года. Источник: Tumentoday.Ru